1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Содержание

АС Московского округа исправляет ошибки: пять самых интересных дел за январь

АС Московского округа исправляет ошибки: пять самых интересных дел за январь

Суд решил не налагать обеспечительные меры на единственный дорогой актив ответчика, и тот был продан. Теперь истец пытается признать договор купли-продажи недействительным, но суды считают, что он не имеет на это права. В другом процессе продавец поставил продукцию по приблизительной цене, а, получив деньги, решил обязать покупателя согласовать твердую. Эти и другие спорыв традиционной ежемесячной подборке самых интересных дел Арбитражного суда Московского округа.

Банковская гарантия и натура

Какие обязательства можно обеспечить банковской гарантией, а какие – нельзя, решал Арбитражный суд Московского округа в деле А40-219679/2015, в котором «ФСК ЕЭС» требовало от банка «Зенит» 149,6 млн руб. Это максимальная сумма, которой банк в 2013 году согласился отвечать перед энергокомпанией за подрядчика «Русинжиниринг». Но вместо того, чтобы построить линии электропередачи в Ямало-Ненецком автономном округе, подрядчик обанкротился (А40-159279/2013). В 2015 году «ФСК ЕЭС» обратилась в «Зенит» за деньгами, поскольку принципал 1) не возвратил бенефициару досрочно выплаченную сумму гарантийных удержаний (в размере как раз 149,6 млн руб.); 2) не завершил работы в срок, предусмотренный договором; 3) не предоставил банковскую гарантию на новый срок.

Арбитражный суд Москвы отклонил требования в полном объеме. Поскольку истец перечислил гарантийную сумму досрочно и добровольно (а не во исполнение договора), это не покрывается банковской гарантией. Кроме того, она не может обеспечивать обязательство, которое не имеет денежного эквивалента, например, выдачу повторной гарантии, счел АСГМ. Поскольку договор не предусматривает за невыдачу никаких штрафов, гаранту потом будет затруднительно предъявить регрессный иск, объяснила судья Алла Китова. Да и вообще, банк вряд ли что-то потом получит с банкрота, если рассчитается с бенефициаром. Что же касается невыполнения работ, тут первая инстанция указала, что «ФСК ЕЭС» сам отказался от договора и подписал с контрагентом «нулевой» акт сверки. 9-й Арбитражный апелляционный суд согласился с такими выводами полностью.

А вот АС МО – лишь частично. Он подтвердил, что договор не предусматривает возврата досрочно выплаченных удержаний, поэтому гарантия здесь не действует. Но Гражданский кодекс не ограничивает ее применение только денежными или аналогичными обязательствами. Поэтому гарантией вполне можно обеспечить исполнение обязательства в натуре. «Тройка» АС МО под председательством Андрея Новоселова изложила недостатки работы АСГМ: суд не узнал, почему банк «Зенит» отказался выплатить деньги, и не проанализировал, какие же именно обязанности по договору покрывала гарантия. Все это будет сделано при новом рассмотрении дела.

Юруслуги для юриста

Вопросы действительности судебных расходов суды решали в деле А40-22296/15, в котором ООО «Всероссийская юридическая служба» взыскала с ООО «ТрансМашЭнерго» 410 тыс. руб. долгов и убытков по соглашению об оказании юридических услуг в банкротстве. После того, как решение устояло в двух инстанциях, юрфирма отправилась взыскивать 60 тыс. руб. расходов на представителя Евгения Лихачева. Она представила договор с ним, акт выполненных работ и расходный кассовый ордер. Этих документов оказалось достаточно, чтобы первая инстанция в отсутствие возражений ответчика сочла расходы обоснованными и разумными. Но «ТрансмашЭнерго» пожаловалось в апелляцию. Там ответчик настаивал, что «истец неправильно привлек представителя и не оплатил юридических услуг по данному делу» (так изложено в постановлении). Но 9-й ААС счел эти доводы необоснованными: документы свидетельствовали о том, что представитель оказал услуги, а истец перечислил деньги. «Не представлено доказательств, что их оплатил кто-то другой», – заключила вторая инстанция.

Кассация с ней не согласилась и более подробно изложила в своем постановлении аргументы ответчика. Нижестоящие инстанции не проверили его утверждения о том, что истец сам оказывает юридические услуги и гендиректор сам юрист, поэтому не было нужды привлекать помощь со стороны. Ответчик обращал внимание и на то, что Лихачев не защищал юрфирму ни в одном процессе, в деле нет документов за его подписью. Поэтому АС МО отправил вопрос на пересмотр с указанием проверить, не было ли злоупотребления правом.

Милосердный банкрот

В январе 2017 года АС МО вынес несколько решений в спорах, где компания-банкрот взыскивала задолженность, а затем прощала часть долга, заключая мировое соглашение. Нижестоящие инстанции его утверждали, поскольку, по их мнению, ничьи права не нарушались. Но кассация призвала быть бдительнее в этих вопросах.

Например, ООО «Сергиево-Посадская тепло-генерирующая компания» (банкрот «со стажем»; дело А41-50607/2012) предъявила требования к УК «МосОблЭксплуатация» на 2,4 млн задолженности по коммунальным платежам (А41-11753/2016). Арбитражный суд Московской области принял иск в марте 2016 года, а в июне уже утвердил мировое соглашение, которое великодушно уменьшало долг всего лишь до 9 тыс. руб. Кто представлял интересы банкрота в суде и одобрил такое решение – в доступных материалах дела не указано. Конкурсным управляющим «СП-ТГК» тогда был Андрей Козлов.

В ноябре 2016 года его сменил на посту Руслан Авдюшев, который через месяц после вступления в должность оспорил определение АС Московской области в окружном суде. Его коллегия согласилась, что в деле надо разобраться еще раз. Первая инстанция неверно решила, что ничьи интересы не нарушены. Поскольку истец находится в процедуре несостоятельности, понятно, что иск предъявлен с целью получить 2,4 млн руб. для пополнения конкурсной массы и удовлетворения кредиторов «СП-ТГК», излагается в постановлении. Учитывая, что банкрот отказался от значительной части своих требований, суду необходимо было проверить полномочия управляющего и его представителя на заключение такого рода сделки, однако этого не было сделано, отметила кассация. Вопрос она направила на пересмотр.

Ускользающий административно-складской комплекс

В 2014 году компания «Лин-БП», владелец 99,9% уставного капитала ООО «Продфорум», вышла из этого общества, а это значит, оно должно было компенсировать ей рыночную цену ее доли – 236,4 млн руб. (почти полная стоимость административно-складского комплекса в Мытищах). Но выплаты бывший участник так и не дождался и в августе 2015 года подал иск об ее взыскании (А41-60620/2015). АС Московской области еще продолжает его рассмотрение, но судья Алексей Коваль отказался запрещать сделки с комплексом в Мытищах до окончания процесса. Он решил, что обеспечительные меры излишни.

Поскольку ничто не мешало распоряжаться складом, в феврале 2016 года комплекс купил ИП Игорь Володин за 65 млн, причем все договоры зарегистрировали в день сделки. Хотя они не были оплачены, стороны договорились обойтись без ипотеки, и срок оплаты несколько раз продлевался дополнительными соглашениями.

«Лин-БП» отправилось оспаривать эту куплю-продажу в суде (А41-16480/16). Истец обращал внимание на подозрительные условия договоров и то, что они до сих пор почти не оплачены. Ответчик возражал, что нет такого судебного акта в пользу «Лин-БП», который стало бы невозможно исполнить из-за спорных соглашений. Действительно, они не нарушают права истца, ведь он не является стороной сделок и по-прежнему может требовать возмещения убытков, согласился судья АС Московской области Сергей Жиляев. 10-й Арбитражный апелляционный суд согласился с его решением и добавил, что в действующем законодательстве нет норм, которые позволяют бывшему участнику фирмы оспаривать ее сделки. «Лин-БП» не доказал, что отчуждение зданий приведет к невозможности взыскать убытки, рассудил 10-й ААС.

Читать еще:  Как искать скидки через агрегаторы «Едадил» и «Акции всех регионов России»

А кассация сочла отказ необоснованным. Она приняла к сведению, что ответчик долгое время уклонялся от выплаты стоимости доли. Возможна ли она вообще, если общество лишается единственного актива – на этот вопрос нижестоящие инстанции не ответили, раскритиковал АС МО. Таким образом, коллегия под председательством Ольги Комаровой отправила дело на новое рассмотрение и указала проверить спорные сделки на злоупотребления.

Военно-промышленный эстоппель

ОАО «Подольский электромеханический завод специального машиностроения» с 2012 года поставлял центральному конструкторскому бюро «Титан» запчасти в рамках военного заказа. В договоре была указана «ориентировочная цена», а твердая согласовывалась с учетом приказа Министерства экономики о нормах рентабельности оборонной продукции от 18 декабря 1997 года № 179. После того как продавец поставил очередные партии в 2014–2015 году и получил за них оплату по «ориентировочной цене», он предложил конструкторскому бюро ее увеличить со ссылкой на заключения военного представительства Минобороны. Но бюро отказалось подписывать скорректированные документы. И завод решил заставить его в суде (А41-8551/16).

АС Московской области счел, что это справедливо: поскольку цена в договоре приблизительная, ответчик должен был согласовать точную. Истец верно ее подсчитал и обосновал, ответчик не представил контррасчета или возражений. Поэтому следует обязать его подписать скорректированные документы. С этим согласился 10-й ААС.

Но истец ведет себя противоречиво, возразил АС Московского округа, куда отправился ответчик. Суды не учли доводов последнего, что спорные партии были без замечаний приняты и оплачены по «ориентировочной цене», после чего поставщик решил ее увеличить. Нижестоящие инстанции не проверили, есть ли вообще такой способ защиты, как принуждение подписать протоколы, отметила коллегия под председательством Веры Черпухиной. В своем постановлении она изложила доводы ответчика о том, что он не просто так отказался согласовывать удорожание. Индекс «инфляции» у головного заказчика не превышает 5,1%, а истец предложил индексировать стоимость на 26–36%, жаловался ответчик. Судьи вняли этим доводам и отправили дело на пересмотр.

АС Московского округа исправляет ошибки: интересные дела января


Иллюстрация: Право.ru/Петр Козлов

Налоговая инспекция проверила фирму по адресу и решила, что он недостоверный. Чиновники внесли пометку в ЕГРЮЛ о недостоверном адресе, через полгода опубликовали объявление о предстоящей ликвидации и спустя еще три месяца исключили фирму из ЕГРЮЛ. Это не устроило ее гендиректора, который отправился в суд обжаловать действия ИФНС. Две инстанции ему отказали. Они сочли, что руководитель имел достаточно времени, чтобы что-то предпринять. Но директор написал жалобу в АС МО и привел такие аргументы, которые убедили кассацию отменить решения нижестоящих судов.

«Воскресить» ликвидированную компанию

Генеральный директор ООО «Кофе 3» Олег Корнеев обжаловал действия налоговой, которая исключила компанию из ЕГРЮЛ после проверки адреса. Чиновники внесли в реестр сведения о его недостоверности в январе 2018 года. В сентябре они опубликовали объявление о предстоящем исключении компании в журнале «Вестник государственной регистрации», а в декабре ликвидировали «Кофе 3». Генеральный директор с этим не согласился и в апреле 2019-го отправился в суд (дело № А40-84228/2019).

Истец утверждал, что не знал о ликвидации компании. По его мнению, чиновники нарушили порядок ликвидации: не направили юрлицу, его учредителям и директору предварительные уведомления о необходимости представить в регистрирующий орган достоверные сведения. Они нарушили предписания п. 6 ст. 11 закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

Но две инстанции встали на сторону ИФНС. Они напомнили, что «Кофе 3» исключили из ЕГРЮЛ через 10 месяцев после того, как в реестре появилась запись о недостоверном адресе. Все это время гендиректор ничего не делал, чтобы опровергнуть эту информацию. Кроме того, объявление о предстоящей ликвидации было обнародовано в журнале. Закон дает заинтересованным лицам три месяца после публикации, чтобы направить свои возражения. Этого Корнеев также не сделал.

Иного мнения оказалась кассационная коллегия под председательством Залины Аталиковой. Она напомнила об аргументах истца: закон обязывает уведомлять о проверке и необходимости представить в регистрирующий орган достоверные сведения. Если таких сообщений не было, то «Кофе 3» не могло узнать о том, что в его отношении вносится запись о недостоверности сведений, говорится в постановлении кассации. Там отмечается, что суды должны были проверить законность действий ответчика. Причем бремя доказывания здесь лежит на регистрирующем органе, указала кассация и отправила дело на пересмотр в Арбитражный суд города Москвы.

Определить статус поставки

В деле № А40-151615/2019 суды разрешали спор об авансовом платеже за поставку в размере 350 000 руб. Товары на эту сумму должен был передать «Навигатор СПБ» не позднее 31 января 2018 года. За неделю до этого срока покупатель, «Техпромэнерго», предложил снять с поставки все позиции, потому что «изменились планы конечного заказчика». Но тогда часть продукции уже была готова к отправке, о чем сообщил поставщик. Затем контрагенты еще раз обменялись письмами. Поставщик предложил расторгнуть договор с оплатой 205 150 руб. – такова была цена уже готового к отгрузке товара. Покупатель направил свою версию соглашения о расторжении договора. Из нее следовало, что он готов перечислить только 40 000 руб., а остальные расходы не признает.

В ответ «Техпромэнерго» подало в суд иск о возврате уплаченных 350 000 руб. как неосновательного («без договора») обогащения. Две инстанции отклонили эти требования. Ведь деньги перечислялись согласно договору поставки. Его не признавали недействительным или незаключенным. Стороны его не расторгали. Кроме того, у покупателя нет оснований отказываться от договора согласно ГК, указали две инстанции. «Ответчик частично купил, частично изготовил товар своими силами, – отметили суды. – А уведомление об отказе от товара истец направил, уже когда начался срок поставки товара и было получено уведомление о готовности товара к отгрузке».

Но они упустили из виду несколько важных обстоятельств, решила кассация. По условиям договора, уведомлять о готовности товара необходимо было по каждой позиции спецификации. Но партия была готова к поставке не полностью, а лишь частично – на сумму 205 150 руб. Поэтому не обоснован вывод судов о том, что у покупателя нет причин отказаться от договора, рассудила кассация.

Кроме того, она поставила нижестоящим инстанциям на вид, что они не оценили действий ответчика, сосредоточившись только на поведении истца. В частности, суды не установили, есть ли у готовой части товаров самостоятельная потребительская ценность, была ли она реально готова к передаче истцу. Также без оценки остались действия и документы сторон, направленные на прекращение отношений по договору. Все это сделает первая инстанция, куда дело направили на пересмотр.

Исправить ошибку в ЕГРН

Ошибки в ЕГРН иногда непросто исправить. В этом убедились в компании «Стэл», которая владеет зданием на 1163,3 кв. м. В 2009 году фирма получила документы на такую площадь. Но в 2017-м обнаружила, что её объект учитывается с тремя разными метражами. Ошибка вкралась после переноса данных из старого реестра (ЕГРП и Госкадастр) в новый (ЕГРН). Но чиновники исправили только одну ошибку. В результате под одним кадастровым номером стали числиться два разных метража: 1163,3 кв. м и 1299,2 кв. м.

Читать еще:  10 лучших стран для эмиграции из России

«Стэл» снова обратилась в ведомство с просьбой скорректировать указанную площадь. К заявлению компания приложила технический план от кадастрового инженера. Согласно его заключению, разница в метраже объясняется открытой пристройкой к зданию площадью 135,9 кв. м. Это металлический навес на опорах, который не обладает признаками капитального объекта: у него нет фундамента и несущих стен. «Пристройка не должна входить в контур здания, но в ЕГРН она по ошибке включена», – объяснил специалист.

Тем не менее Росреестру этих документов не хватило, поэтому он отказал в регистрации. Его выводы подтвердили и две инстанции в деле № А40-64227/2019. Чтобы актуализировать данные на спорный объект, нужен технический план на основании разрешений на строительство и ввод в эксплуатацию в связи с реконструкцией. Так объяснили свое решение суды.

Но реконструкции не было, а площадь поменялась по другой причине – с такими аргументами «Стэл» обратилась в Арбитражный суд Московского округа. И кассация признала, что эти доводы обоснованные. Она также учла документы 2009 года, которые представил заявитель: согласно им, площадь здания равнялась 1163,3 кв. м.

АС МО сослался и на разъяснения Росреестра. Ведомство указало, что подобные изменения не являются государственным кадастровым учетом основных характеристик недвижимости. Они возможны в порядке информационного взаимодействия на основании документов из других ведомств или заявления заинтересованного лица. В последнем случае неважно, приобщил ли заявитель подтверждающие документы или нет. Если нет, то регистрирующий орган сам запрашивает документы, нужные для того, чтобы принять решение. Такие разъяснения содержатся в Письме Росреестра от 10 июля 2018 года № 01-7126-ГЕ/18 «О применении норм законодательства по вопросу изменения статуса «актуальные незасвидетельствованные» о характеристиках объекта недвижимости в ЕГРН».

Придя к таким выводам, коллегия под председательством Натальи Дунаевой отменила акты нижестоящих инстанций и удовлетворила требования «Стэла».

АС Московского округа исправляет ошибки: интересные дела января

«Воскресить» ликвидированную компанию

Генеральный директор ООО «Кофе 3» Олег Корнеев обжаловал действия налоговой, которая исключила компанию из ЕГРЮЛ после проверки адреса. Чиновники внесли в реестр сведения о его недостоверности в январе 2018 года. В сентябре они опубликовали объявление о предстоящем исключении компании в журнале «Вестник государственной регистрации», а в декабре ликвидировали «Кофе 3». Генеральный директор с этим не согласился и в апреле 2019-го отправился в суд (дело № А40-84228/2019).

Истец утверждал, что не знал о ликвидации компании. По его мнению, чиновники нарушили порядок ликвидации: не направили юрлицу, его учредителям и директору предварительные уведомления о необходимости представить в регистрирующий орган достоверные сведения. Они нарушили предписания п. 6 ст. 11 закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

Но две инстанции встали на сторону ИФНС. Они напомнили, что «Кофе 3» исключили из ЕГРЮЛ через 10 месяцев после того, как в реестре появилась запись о недостоверном адресе. Все это время гендиректор ничего не делал, чтобы опровергнуть эту информацию. Кроме того, объявление о предстоящей ликвидации было обнародовано в журнале. Закон дает заинтересованным лицам три месяца после публикации, чтобы направить свои возражения. Этого Корнеев также не сделал.

Иного мнения оказалась кассационная коллегия под председательством Залины Аталиковой. Она напомнила об аргументах истца: закон обязывает уведомлять о проверке и необходимости представить в регистрирующий орган достоверные сведения. Если таких сообщений не было, то «Кофе 3» не могло узнать о том, что в его отношении вносится запись о недостоверности сведений, говорится в постановлении кассации. Там отмечается, что суды должны были проверить законность действий ответчика. Причем бремя доказывания здесь лежит на регистрирующем органе, указала кассация и отправила дело на пересмотр в Арбитражный суд города Москвы.

Определить статус поставки

В деле № А40-151615/2019 суды разрешали спор об авансовом платеже за поставку в размере 350 000 руб. Товары на эту сумму должен был передать «Навигатор СПБ» не позднее 31 января 2018 года. За неделю до этого срока покупатель, «Техпромэнерго», предложил снять с поставки все позиции, потому что «изменились планы конечного заказчика». Но тогда часть продукции уже была готова к отправке, о чем сообщил поставщик. Затем контрагенты еще раз обменялись письмами. Поставщик предложил расторгнуть договор с оплатой 205 150 руб. – такова была цена уже готового к отгрузке товара. Покупатель направил свою версию соглашения о расторжении договора. Из нее следовало, что он готов перечислить только 40 000 руб., а остальные расходы не признает.

В ответ «Техпромэнерго» подало в суд иск о возврате уплаченных 350 000 руб. как неосновательного («без договора») обогащения. Две инстанции отклонили эти требования. Ведь деньги перечислялись согласно договору поставки. Его не признавали недействительным или незаключенным. Стороны его не расторгали. Кроме того, у покупателя нет оснований отказываться от договора согласно ГК, указали две инстанции. «Ответчик частично купил, частично изготовил товар своими силами, – отметили суды. – А уведомление об отказе от товара истец направил, уже когда начался срок поставки товара и было получено уведомление о готовности товара к отгрузке».

Но они упустили из виду несколько важных обстоятельств, решила кассация. По условиям договора, уведомлять о готовности товара необходимо было по каждой позиции спецификации. Но партия была готова к поставке не полностью, а лишь частично – на сумму 205 150 руб. Поэтому не обоснован вывод судов о том, что у покупателя нет причин отказаться от договора, рассудила кассация.

Кроме того, она поставила нижестоящим инстанциям на вид, что они не оценили действий ответчика, сосредоточившись только на поведении истца. В частности, суды не установили, есть ли у готовой части товаров самостоятельная потребительская ценность, была ли она реально готова к передаче истцу. Также без оценки остались действия и документы сторон, направленные на прекращение отношений по договору. Все это сделает первая инстанция, куда дело направили на пересмотр.

Исправить ошибку в ЕГРН

Ошибки в ЕГРН иногда непросто исправить. В этом убедились в компании «Стэл», которая владеет зданием на 1163,3 кв. м. В 2009 году фирма получила документы на такую площадь. Но в 2017-м обнаружила, что её объект учитывается с тремя разными метражами. Ошибка вкралась после переноса данных из старого реестра (ЕГРП и Госкадастр) в новый (ЕГРН). Но чиновники исправили только одну ошибку. В результате под одним кадастровым номером стали числиться два разных метража: 1163,3 кв. м и 1299,2 кв. м.

«Стэл» снова обратилась в ведомство с просьбой скорректировать указанную площадь. К заявлению компания приложила технический план от кадастрового инженера. Согласно его заключению, разница в метраже объясняется открытой пристройкой к зданию площадью 135,9 кв. м. Это металлический навес на опорах, который не обладает признаками капитального объекта: у него нет фундамента и несущих стен. «Пристройка не должна входить в контур здания, но в ЕГРН она по ошибке включена», – объяснил специалист.

Тем не менее Росреестру этих документов не хватило, поэтому он отказал в регистрации. Его выводы подтвердили и две инстанции в деле № А40-64227/2019. Чтобы актуализировать данные на спорный объект, нужен технический план на основании разрешений на строительство и ввод в эксплуатацию в связи с реконструкцией. Так объяснили свое решение суды.

Но реконструкции не было, а площадь поменялась по другой причине – с такими аргументами «Стэл» обратилась в Арбитражный суд Московского округа. И кассация признала, что эти доводы обоснованные. Она также учла документы 2009 года, которые представил заявитель: согласно им, площадь здания равнялась 1163,3 кв. м.

Читать еще:  Как похудеть на 10 кг и сколько это стоит

АС МО сослался и на разъяснения Росреестра. Ведомство указало, что подобные изменения не являются государственным кадастровым учетом основных характеристик недвижимости. Они возможны в порядке информационного взаимодействия на основании документов из других ведомств или заявления заинтересованного лица. В последнем случае неважно, приобщил ли заявитель подтверждающие документы или нет. Если нет, то регистрирующий орган сам запрашивает документы, нужные для того, чтобы принять решение. Такие разъяснения содержатся в Письме Росреестра от 10 июля 2018 года № 01-7126-ГЕ/18 «О применении норм законодательства по вопросу изменения статуса «актуальные незасвидетельствованные» о характеристиках объекта недвижимости в ЕГРН».

Придя к таким выводам, коллегия под председательством Натальи Дунаевой отменила акты нижестоящих инстанций и удовлетворила требования «Стэла».

АС Московского округа исправляет ошибки: самые интересные дела за ноябрь

Комиссия на перевод себе

Может ли ВТБ взимать комиссию за перевод денег со счета ИП на личный счет этого же человека, решал АС Московского округа в деле № А40-221423/17. В нем индивидуальный предприниматель Евгений Крокин потребовал вернуть 28 100 руб., которые банк снял у него за переводы самому себе в 2017 году (на какую именно сумму – в актах не говорится). Как указывал Крокин, он перечислял деньги со счета ИП на счет платежной карты для личных целей. У ВТБ переводы в личных целях бесплатные, поэтому банк должен вернуть деньги.

Но две инстанции встали на сторону организации. Они процитировали пункт положения о тарифах – он устанавливал комиссии «за внутренние платежи с расчетных счетов юридических лиц и индивидуальных предпринимателей на счет физических лиц». Если толковать это условие буквально, то получается, что с переводов Крокина платится комиссия, решили два суда.

Но речь в этом пункте идет о сторонних физических лицах, а не о самом клиенте, возразил АС МО. По его мнению, положение о комиссиях не применяется, если клиент-индивидуальный предприниматель перечисляет деньги со счета ИП на личный счет в том же банке. Поскольку Крокин уплатил все налоги и другие обязательные платежи – он может использовать оставшийся доход в личных целях, указала кассация со ссылкой на письмо Министерства финансов Российской Федерации от 11 августа 2014 года № 03-04-05/39905. Банк же мог доказывать, что Крокин перечислял деньги не в личных целях или что средства сняли во исполнение закона по противодействию легализации. Но ничего из этого ВТБ не сделал, поэтому кассация приняла решение в пользу ИП.

Этот прецедент поможет другим клиентам банка отбиваться от необоснованных комиссий, полагает партнер юргруппы Paradigma Валерия Селиванова. Она вспоминает два других дела, где суды вставали на сторону клиентов. В деле № А40-20252/2018 АС МО признал незаконной комиссию при закрытии счета. В числе прочего кассация указала, что банк не доказал, что понес расходы или потери, которые нужно было компенсировать. Закрыть счет, если клиент того хочет, – прямая обязанность банка, никакой дополнительной услуги не было. Во втором деле Верховный суд подтвердил незаконность комиссии на сомнительную операцию (№ А43-1007/2016). Если уж у банка есть такие подозрения, то клиенту надо отказать. Но вместо этого банк снял повышенную комиссию, что напрямую противоречит закону о противодействии легализации доходов.

«В последнее время очень много сообщений от клиентов банков о том, что банки стали взимать необоснованные комиссии, потому что они дополнительно проводят работу по противодействию легализации доходов. А еще они блокируют операции и закрывают счета», – делится Селиванова. По ее словам, особенно сложно индивидуальным предпринимателям: любой платеж со счета ИП на свой счет как физлица находится в группе риска, потому что его подозревают в «обналичке». Конечно, банки зарегулированы и стремятся выполнять указания ЦБ, но нельзя забывать о клиентах, ведь банки существуют благодаря им, подытоживает Селиванова.

Оплатить судрасходы займами

Можно ли компенсировать судрасходы участнику процесса, который попросил кредиторов оплатить своих адвокатов, разбирались суды в банкротстве МИ-Банка № А40-56428/2012. В этом деле Агентство по страхованию вкладов взыскивало 450 млн руб. убытков с председателя правления банка Михаила Кудрявцева и председателя совета директоров банка Гитаса Павило Анилиониса, которые одобрили якобы заведомо невозвратные займы. Спор прошел не один круг рассмотрения, требования удовлетворяли, потом отказывали, но в итоге иск АСВ был отклонен.

Затем Анилионис решил взыскать с АСВ 1,4 млн руб. расходов на юристов из КА Тарло и партнеры , но принес в суд доказательства оплаты лишь 831 225 руб. Сам Анилионис их не платил. Он заключил два договора займа с ООО «Макариос и компания» и Л. Дорошенко, которые, согласно условиям, перечислили деньги не заемщику, а сразу в коллегию адвокатов. Две инстанции учли частичную оплату и согласились, что с учетом сложности задач ответчику можно присудить 500 000 руб. Они опирались на разъяснения Высшего арбитражного суда, который разрешил возмещать судрасходы, уплаченные третьими лицами в счет обязательств перед заявителями (п. 5 информационного письма Президиума ВАС от 5 декабря 2007 года №121).

«Уплата третьими лицами в счет обязательств перед заявителем» обозначает, что плательщики должны быть должниками Анилиониса, а они, наоборот, кредиторы, указала кассация. Кроме того, заявитель не рассчитался по своим долгам перед ООО и Дорошенко. Таким образом, Анилионис не доказал, что понес какие-либо расходы, подытожил АС МО и отклонил требования.

Заявитель сказал суду, что пока займы не погасил, а кассация написала в постановлении, что возможность оплаты займов в будущем выходит за рамки рассмотрения дела. Это уже сложившийся в судебной практике подход, подтверждает руководитель судебной практики юргруппы Paradigma Андрей Торянников. По его словам, суды формально оценивают доказательства несения судебных расходов. «В своей практике я встречал такое доказательство, как расписка юриста о получении денег, – вспоминает Торянников. – Если в отношении гражданина это можно считать приемлемым, но никак не для юрлица, тем более в случае с представителем-адвокатом или юрфирмой». Хотя в практике некоторых арбитражных судов встречаются выводы о том, что расписка может подтвердить затраты на юриста, добавляет Торянников.

Исчезнувший залог

Если точно неизвестно, исчезли предметы залога или нет, то суд должен исходить из их наличия, напомнил АС МО в деле о несостоятельности ООО «ТД «Стеклостандарт» № А40-179010/2016. В нем ООО «Внешпромбанк» соперничало с управляющим Владимиром Сахаровым, который пытался «вывести» из-под залога требования к должнику на 369 млн руб. «Стеклостандарт» отдал в залог товары в обороте в 2010–2011 годах, но в 2016-м обанкротился. Управляющий провел инвентаризацию и не нашел этих товаров. По его сведениям, должник успел продать продукцию. Поэтому Сахаров подал в суд заявление с целью признать требования Внешпромбанка незалоговыми. Кредитор против этого возражал, но две инстанции изучили итоги инвентаризации и удовлетворили требования.

Но, по мнению кассации, они неправильно распределили бремя доказывания, без учета материально-правовых интересов сторон. Тот, кто хочет отменить залог (управляющий или другой кредитор), должен доказать основания его прекращения или тот факт, что у должника больше нет имущества. Если его и правда нет, разъяснила кассация, значит, удовлетворение требований залогового кредитора станет невозможным. И если последний выдвигает возражения – любые сомнения надо толковать в пользу наличия залога.

Суды не сопоставили списки имущества в приложениях к договору залога и в инвентаризационных ведомостях. Они не убедились, что у должника не осталось ни одного заложенного товара. С такими указаниями АС МО направил дело на пересмотр.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector