9 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Верховный суд возвращает водительские права — часть десятая

Верховный суд возвращает водительские права — часть десятая

В мае этого года казусную ситуацию разобрал ВС. Проанализировав материалы дела, судья Сергей Никифоров пришел к выводу, что нарушение квалифицировано верно, и собранные доказательства подтверждают фактические обстоятельства происшествия. «Причинение вреда здоровью потерпевшей находится в прямой причинно-следственной связи с действиями водителя, а потому он обоснованно привлечен к административной ответственности, предусмотренной ч. 1 ст. 12.24 КоАП», — резюмирует Никифоров. Но в части назначения наказания суды нижестоящих инстанций ошиблись.

В ст. 3.8 КоАП и п. 2 постановления Пленума ВС «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» от 24 октября 2006 года сказано, что наказание в виде лишения права управления транспортными средствами может быть назначено лишь тем лицам, которые этим правом обладают или лишены его в установленном законом порядке. Лишить же водителя того, чего у него в принципе нет, как это произошло в случае с Кашиным, нельзя. Материалы дела подтвердили, что водительского удостоверения у мужчины нет и никогда не было, за это его даже привлекли к ответственности по ч. 1 ст. 12.7 КоАП. Судья Никифоров изменил принятые в отношении Кашина акты, обязав того выплатить штраф в 4 000 руб. Это не ухудшило его положения, поскольку штрафные санкции считаются более мягким наказанием в сравнении с лишением прав.

Исправляешь протокол, предупреди водителя

В трех случаях ВС вернул права гражданам из-за ошибок, допущенных автоинспекторами при внесении изменений в процессуальные документы. Верховный суд при рассмотрении дел об административных правонарушениях не раз разъяснял, что должностные лица не вправе самостоятельно, в одностороннем порядке исправлять процессуальные документы (протоколы, акты и прочие), но поток жалоб на такие нарушения не иссякает.

Так, например, москвича Дмитрия Зобнина* в апреле прошлого года лишили прав на 1 год 7 месяцев за отказ пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения (ст. 12.26 КоАП). При этом изначально в протоколе о направлении его на медицинское освидетельствование стояло «согласен», частицу «не» инспектор ГИБДД дописал туда позже. То есть, согласно первоначальной версии протокола вменяемого ему правонарушения Зобнин не совершал, а внесенные «правки» свидетельствуют об обратном. В протоколе об отстранении от управления автомобилем инспектор изменил время составления документа, а в акте об освидетельствовании на состояние опьянения исправил «не установлено состояние алкогольного опьянения» на «не проводилось в связи с отказом». При этом в материалах дела нет информации о том, что указанные изменения вносились в документы в присутствии Зобнина, или что он хотя бы знал об этом. Возле приписок стоят печати подразделения ГИБДД и «исправленному верить», а подписей предполагаемого нарушителя — нет.

В п. 4 постановления Пленума ВС «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении КоАП РФ» от 24 марта 2005 года сказано, что если протокол об административном правонарушении составлен или другие материалы оформлены неправильно, судья должен вынести определение о возвращении этих документов в орган или должностному лицу, которыми они составлены (п. 4 ч. 1 ст. 29.4 КоАП). Несмотря на это разъяснение, мировой судья не вернул дело в ГИБДД для устранения противоречий и начал его рассматривать. Пять раз он вызывал на заседание инспектора ДПС, который вносил исправления в протоколы и акт, а тот, когда явился, подтвердил, что об изменениях в документах Зобнину не сообщал, на процедуру исправления его не вызывал и не направлял тому копии процессуальных актов с правками. Мировой судья и апелляционная инстанция посчитали такую ситуацию вполне законной, сославшись на п. 36 и 37 Административного регламента МВД № 185, утвержденного приказом от 2 марта 2009 года. ВС же счел, что в регламенте говорится о порядке внесения изменений в определения и постановления по делу об административном правонарушении, тогда как в рассматриваемом случае изменения внесены в иные документы. Несмотря на то, что Зобнин говорил о допущенных сотрудниками ГИБДД и мировым судьей нарушениях КоАП в своей кассационной жалобе, зампред Мосгорсуда ее не удовлетворил, посчитав изменения, внесенные в документы, исправлением технических ошибок. Верховный суд эту позицию не поддержал и отменил предыдущие акты по делу, поскольку они были основаны на недопустимых доказательствах, с прекращением производства по делу.

Примерно в такую же ситуацию попал, Алексей Туманянов*, которого привлекли к ответственности по ч. 4 ст. 12.8 КоАП за повторное (совершенное в течение года со дня аналогичного правонарушения) управление автомобилем в нетрезвом виде. Его лишили прав на три года и назначили штраф в 50 000 руб. При этом, изначально в протоколе об значилась ч. 1 ст. 12.8, а о том, что инспектор ГИБДД самостоятельно «переквалифицировал» нарушение Туманянов узнал незадолго до заседания, когда знакомился с материалами дела. Мужчина обжаловал постановление в апелляции, и Нефтекумский райсуд Ставрополья его отменил, прекратив производство по делу в связи с отсутствием состава правонарушения (п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП). Зампрокурора Ставропольского края Александр Тыльченко внес протест на это решение (нужно сказать, что его копию Туманянов тоже не получил, а рассмотрен он был всего через четыре дня после получения). Дело вернулось в райсуд, где нарушение было переквалифицировано с ч. 4 на ч. 1 ст. 12.8 КоАП. Во второй раз суд Туманянова не пощадил, но существенно снизил наказание — 1,5 года без возможности сесть за руль и 30 000 руб. штрафа. ВС снова отметил, что и материалы дела, и показания автоинспектора свидетельствуют о том, что изменения в протокол внесены с нарушением требований ст. 28.2 КоАП (протокол об административном правонарушении). Это «свидетельствует о нарушении порядка привлечения лица, в отношении которого возбуждено производство по делу об административном правонарушении, к административной ответственности и влечет нарушение права этого лица на защиту», — говорится в постановлении ВС. Нашлись и другие нарушения. Например, инспектор безо всяких оснований направил водителя на медицинское освидетельствование. В результате ВС удовлетворил жалобу Туманянова, отменив акты нижестоящих инстанций.

Татьяну Северову* из Москвы на полтора года лишили водительских прав за отказ проходить медицинское освидетельствование на состояние опьянения (ст. 12.26 КоАП). Инспектор ДПС составил в отношении нее протоколы об административном правонарушении, отстранении от управления транспортным средством и направлении на медосвидетельствование, а потом внес в них ряд исправлений, не уведомив об этом женщину. «Тем самым лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, оказалось лишенным предоставленных законом гарантий защиты его прав, поскольку не могло квалифицированно возражать и давать объяснения по существу внесенных изменений в процессуальные акты», — констатирует ВС. Дело Северовой побывало у четырех мировых судей, каждый из них пытался вызвать на заседание сотрудника ГИБДД, составившего протокол, для получения объясниений, но полицейский в суд так и не явился. Несмотря на это, суд при рассмотрении кассационной жалобы указал, что «доводы заявителя о неполном, необъективном, не всестороннем и с нарушением принципа презумпции невиновности рассмотрении дела, нельзя признать состоятельными». ВС посчитал исправленные протоколы недопустимыми доказательствами по делу, поскольку они составлены с нарушениями КоАП. А так как иных свидетельств, подтверждающих, что Северова отказалась проходить медосвидетельствование, в материалах дела нет, «выводы о наличии в действиях последней состава административного правонарушения являлись бы преждевременными», указал Верховный суд, возвращая женщине права.

А как же понятые?

Владимира Матюшкина* привлекли к ответственности за отказ проходить медицинское освидетельствование на состояние опьянения (ст. 12.26 КоАП). Наказание назначили «стандартное» — 30 000 штрафа и на 1,5 года лишили прав. Апелляция и кассация засилили постановление мирового судьи, а ВС, куда водитель обратился с надзорной жалобой, нашел нарушения в действиях инспектора ГИБДД.

В ч. 2 ст. 25.7 КоАП сказано, что освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и направление на аналогичное обследование в медицинское учреждение сотрудники ГИБДД должны осуществлять в присутствии двух понятых (которые удостоверяют совершение процессуальных действий своими подписями в протоколе) или с применением видеозаписи (о чем также делается запись в протоколе). Если понятые отсутствовали, к материалам дела должно быть приложено видео, снятое автоинспектором. Когда в материалах дела нет такой записи или сведений о понятых, судья обязан вернуть их должностному лицу, составившему протокол (п. 4 ч. 1 ст. 29.4 КоАП).

Читать еще:  Как не платить налоги инвестору: законные способы

В протоколах, составленных в отношении Матюшкина, необходимых сведений не было. Также инспектор не указал, на каком основании направил мужчина на медицинское освидетельствование (это можно сделать при отказе от прохождения освидетельствования на месте, несогласии с его результатами, наличии признаков опьянения при отрицательных показаниях алкотестера). ВС счел, что протокол о направлении водителя на медосвидетельствование, составленный с нарушениями требований КоАП, является недопустимым доказательством по делу, и отменил вынесенные на его основании акты.

Дважды за одно и то же не наказывают

Игоря Грошина* лишили водительских прав за то, что управлял машиной в состоянии алкогольного опьянения. Но это не помешало ему снова сесть за руль в нетрезвом виде. 21 апреля 2014 года в отношении него был составлен протокол об административном правонарушении по ч. 3 ст. 12.8 КоАП. Полиция задержала водителя почти на сутки — до принятия решения по делу об административном правонарушении. 23 мая того же года мировой судья назначил нарушителю наказание — административный арест на 10 суток. Правда, в заключении ему предстояло провести всего 9 дней, поскольку время задержания зачли в срок наказания.

Апелляция направила дело на новое рассмотрение. Мировой судья переквалифицировал нарушение на ч. 4 ст. 12.8 КоАП и на три года лишил Грошина водительских прав, оштрафовав его на 30 000 руб. Но райсуд снова вернул дело в первую инстанцию, которая увеличила штраф до 50 000 руб. Попытки обжаловать постановление были безуспешными, пока дело не дошло до ВС.

Верховный суд напомнил, что в силу п. 7 ч. 1 ст. 24.5 КоАП нельзя начать производство по факту административного правонарушения, если за это же нарушение тот же самый человек уже привлечен к административной ответственности, производство по делу прекращено или в отношении него возбуждено уголовное дело. Так как срок задержания Грошина был зачтен в административный арест, ВС посчитал, что нарушитель уже частично его отбыл. Между тем, в ч. 5 ст. 4.1 КоАП сказано, что никто не может дважды нести административную ответственность за одно и то же нарушение. Поэтому жалоба водителя была удовлетворена.

* — имена и фамилии героев публикации изменены редакцией

Верховный суд возвращает водительские права — часть десятая

Нельзя лишить прав, если их нет

В августе 2014 года Алексей Кашин*, обгоняя автомобиль, столкнулся с поворачивающей налево машиной, водитель которой получила легкую травму. Мужчину привлекли к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.24 КоАП (нарушение ПДД или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение легкого вреда здоровью потерпевшего) с лишением прав на один год. Апелляция и кассация оставили это решение без изменения, несмотря на то, что в жалобах Кашин признавался: права на управление транспортными средствами он не имеет, а значит, не может быть его лишен.

В мае этого года казусную ситуацию разобрал ВС. Проанализировав материалы дела, судья Сергей Никифоровпришел к выводу, что нарушение квалифицировано верно, и собранные доказательства подтверждают фактические обстоятельства происшествия. «Причинение вреда здоровью потерпевшей находится в прямой причинно-следственной связи с действиями водителя, а потому он обоснованно привлечен к административной ответственности, предусмотренной ч. 1 ст. 12.24 КоАП», — резюмирует Никифоров. Но в части назначения наказания суды нижестоящих инстанций ошиблись.

В ст. 3.8 КоАП и п. 2 постановления Пленума ВС «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» от 24 октября 2006 года сказано, что наказание в виде лишения права управления транспортными средствами может быть назначено лишь тем лицам, которые этим правом обладают или лишены его в установленном законом порядке. Лишить же водителя того, чего у него в принципе нет, как это произошло в случае с Кашиным, нельзя. Материалы дела подтвердили, что водительского удостоверения у мужчины нет и никогда не было, за это его даже привлекли к ответственности по ч. 1 ст. 12.7 КоАП. Судья Никифоров изменил принятые в отношении Кашина акты, обязав того выплатить штраф в 4 000 руб. Это не ухудшило его положения, поскольку штрафные санкции считаются более мягким наказанием в сравнении с лишением прав.

Исправляешь протокол, предупреди водителя

В трех случаях ВС вернул права гражданам из-за ошибок, допущенных автоинспекторами при внесении изменений в процессуальные документы. Верховный суд при рассмотрении дел об административных правонарушениях не раз разъяснял, что должностные лица не вправе самостоятельно, в одностороннем порядке исправлять процессуальные документы (протоколы, акты и прочие), но поток жалоб на такие нарушения не иссякает.

Так, например, москвича Дмитрия Зобнина* в апреле прошлого года лишили прав на 1 год 7 месяцев за отказ пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения (ст. 12.26 КоАП). При этом изначально в протоколе о направлении его на медицинское освидетельствование стояло «согласен», частицу «не» инспектор ГИБДД дописал туда позже. То есть, согласно первоначальной версии протокола вменяемого ему правонарушения Зобнин не совершал, а внесенные «правки» свидетельствуют об обратном. В протоколе об отстранении от управления автомобилем инспектор изменил время составления документа, а в акте об освидетельствовании на состояние опьянения исправил «не установлено состояние алкогольного опьянения» на «не проводилось в связи с отказом». При этом в материалах дела нет информации о том, что указанные изменения вносились в документы в присутствии Зобнина, или что он хотя бы знал об этом. Возле приписок стоят печати подразделения ГИБДД и «исправленному верить», а подписей предполагаемого нарушителя — нет.

В п. 4 постановления Пленума ВС «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении КоАП РФ» от 24 марта 2005 года сказано, что если протокол об административном правонарушении составлен или другие материалы оформлены неправильно, судья должен вынести определение о возвращении этих документов в орган или должностному лицу, которыми они составлены (п. 4 ч. 1 ст. 29.4 КоАП). Несмотря на это разъяснение, мировой судья не вернул дело в ГИБДД для устранения противоречий и начал его рассматривать. Пять раз он вызывал на заседание инспектора ДПС, который вносил исправления в протоколы и акт, а тот, когда явился, подтвердил, что об изменениях в документах Зобнину не сообщал, на процедуру исправления его не вызывал и не направлял тому копии процессуальных актов с правками. Мировой судья и апелляционная инстанция посчитали такую ситуацию вполне законной, сославшись на п. 36 и 37 Административного регламента МВД № 185, утвержденного приказом от 2 марта 2009 года. ВС же счел, что в регламенте говорится о порядке внесения изменений в определения и постановления по делу об административном правонарушении, тогда как в рассматриваемом случае изменения внесены в иные документы. Несмотря на то, что Зобнин говорил о допущенных сотрудниками ГИБДД и мировым судьей нарушениях КоАП в своей кассационной жалобе, зампредМосгорсуда ее не удовлетворил, посчитав изменения, внесенные в документы, исправлением технических ошибок. Верховный суд эту позицию не поддержал и отменил предыдущие акты по делу, поскольку они были основаны на недопустимых доказательствах, с прекращением производства по делу.

Примерно в такую же ситуацию попал, Алексей Туманянов*, которого привлекли к ответственности по ч. 4 ст. 12.8 КоАП за повторное (совершенное в течение года со дня аналогичного правонарушения) управление автомобилем в нетрезвом виде. Его лишили прав на три года и назначили штраф в 50 000 руб. При этом, изначально в протоколе об значилась ч. 1 ст. 12.8, а о том, что инспектор ГИБДД самостоятельно «переквалифицировал» нарушение Туманянов узнал незадолго до заседания, когда знакомился с материалами дела. Мужчина обжаловал постановление в апелляции, и Нефтекумский райсуд Ставрополья его отменил, прекратив производство по делу в связи с отсутствием состава правонарушения (п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП). Зампрокурора Ставропольского края Александр Тыльченко внес протест на это решение (нужно сказать, что его копию Туманянов тоже не получил, а рассмотрен он был всего через четыре дня после получения). Дело вернулось в райсуд, где нарушение было переквалифицировано с ч. 4 на ч. 1 ст. 12.8 КоАП. Во второй раз суд Туманянова не пощадил, но существенно снизил наказание — 1,5 года без возможности сесть за руль и 30 000 руб. штрафа. ВС снова отметил, что и материалы дела, и показания автоинспектора свидетельствуют о том, что изменения в протокол внесены с нарушением требований ст. 28.2 КоАП (протокол об административном правонарушении). Это «свидетельствует о нарушении порядка привлечения лица, в отношении которого возбуждено производство по делу об административном правонарушении, к административной ответственности и влечет нарушение права этого лица на защиту», — говорится в постановлении ВС. Нашлись и другие нарушения. Например, инспектор безо всяких оснований направил водителя на медицинское освидетельствование. В результате ВС удовлетворил жалобу Туманянова, отменив акты нижестоящих инстанций.

Читать еще:  «Если бы на всех дорогах был асфальт»: что нужно, чтобы из регионов не хотелось уезжать

Татьяну Северову* из Москвы на полтора года лишили водительских прав за отказ проходить медицинское освидетельствование на состояние опьянения (ст. 12.26 КоАП). Инспектор ДПС составил в отношении нее протоколы об административном правонарушении, отстранении от управления транспортным средством и направлении на медосвидетельствование, а потом внес в них ряд исправлений, не уведомив об этом женщину. «Тем самым лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, оказалось лишенным предоставленных законом гарантий защиты его прав, поскольку не могло квалифицированно возражать и давать объяснения по существу внесенных изменений в процессуальные акты», — констатирует ВС. Дело Северовой побывало у четырех мировых судей, каждый из них пытался вызвать на заседание сотрудника ГИБДД, составившего протокол, для получения объясниений, но полицейский в суд так и не явился. Несмотря на это, суд при рассмотрении кассационной жалобы указал, что «доводы заявителя о неполном, необъективном, не всестороннем и с нарушением принципа презумпции невиновности рассмотрении дела, нельзя признать состоятельными». ВС посчитал исправленные протоколы недопустимыми доказательствами по делу, поскольку они составлены с нарушениями КоАП. А так как иных свидетельств, подтверждающих, что Северова отказалась проходить медосвидетельствование, в материалах дела нет, «выводы о наличии в действиях последней состава административного правонарушения являлись бы преждевременными», указал Верховный суд, возвращая женщине права.

А как же понятые?

Владимира Матюшкина* привлекли к ответственности за отказ проходить медицинское освидетельствование на состояние опьянения (ст. 12.26 КоАП). Наказание назначили «стандартное» — 30 000 штрафа и на 1,5 года лишили прав. Апелляция и кассация засилили постановление мирового судьи, а ВС, куда водитель обратился с надзорной жалобой, нашел нарушения в действиях инспектора ГИБДД.

В ч. 2 ст. 25.7 КоАП сказано, что освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и направление на аналогичное обследование в медицинское учреждение сотрудники ГИБДД должны осуществлять в присутствии двух понятых (которые удостоверяют совершение процессуальных действий своими подписями в протоколе) или с применением видеозаписи (о чем также делается запись в протоколе). Если понятые отсутствовали, к материалам дела должно быть приложено видео, снятое автоинспектором. Когда в материалах дела нет такой записи или сведений о понятых, судья обязан вернуть их должностному лицу, составившему протокол (п. 4 ч. 1 ст. 29.4 КоАП).

В протоколах, составленных в отношении Матюшкина, необходимых сведений не было. Также инспектор не указал, на каком основании направил мужчина на медицинское освидетельствование (это можно сделать при отказе от прохождения освидетельствования на месте, несогласии с его результатами, наличии признаков опьянения при отрицательных показаниях алкотестера). ВС счел, что протокол о направлении водителя на медосвидетельствование, составленный с нарушениями требований КоАП, является недопустимым доказательством по делу, и отменил вынесенные на его основании акты.

Дважды за одно и то же не наказывают

Игоря Грошина* лишили водительских прав за то, что управлял машиной в состоянии алкогольного опьянения. Но это не помешало ему снова сесть за руль в нетрезвом виде. 21 апреля 2014 года в отношении него был составлен протокол об административном правонарушении по ч. 3 ст. 12.8 КоАП. Полиция задержала водителя почти на сутки — до принятия решения по делу об административном правонарушении. 23 мая того же года мировой судья назначил нарушителю наказание — административный арест на 10 суток. Правда, в заключении ему предстояло провести всего 9 дней, поскольку время задержания зачли в срок наказания.

Апелляция направила дело на новое рассмотрение. Мировой судья переквалифицировал нарушение на ч. 4 ст. 12.8 КоАП и на три года лишил Грошина водительских прав, оштрафовав его на 30 000 руб. Но райсуд снова вернул дело в первую инстанцию, которая увеличила штраф до 50 000 руб. Попытки обжаловать постановление были безуспешными, пока дело не дошло до ВС.

Верховный суд напомнил, что в силу п. 7 ч. 1 ст. 24.5 КоАП нельзя начать производство по факту административного правонарушения, если за это же нарушение тот же самый человек уже привлечен к административной ответственности, производство по делу прекращено или в отношении него возбуждено уголовное дело. Так как срок задержания Грошина был зачтен в административный арест, ВС посчитал, что нарушитель уже частично его отбыл. Между тем, в ч. 5 ст. 4.1 КоАП сказано, что никто не может дважды нести административную ответственность за одно и то же нарушение. Поэтому жалоба водителя была удовлетворена.

* — имена и фамилии героев публикации изменены редакцией

ВС разъяснил вопросы ответственности за дорожно-транспортные нарушения

25 июня Верховный Суд РФ принял Постановление «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 КоАП РФ», большинство разъяснений которого посвящены вопросам квалификации правонарушений в области дорожного движения. Как ранее писала «АГ», проект документа в первом чтении рассматривался 11 июня и был направлен на доработку.

Вопросы квалификации

Так, в п. 1 постановления разъясняется, что при рассмотрении дел о правонарушениях, предусмотренных гл. 12 КоАП, водителем признается лицо, управляющее транспортным средством, в том числе не имеющее водительских прав либо лишенное их.

В п. 2 указано, какие средства относятся к транспортным. При этом под управлением подразумевается целенаправленное воздействие лица на ТС, в результате которого оно перемещается, вне зависимости от запуска двигателя.

Из п. 3 после доработки проекта удалено указание, что правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.1 КоАП, является длящимся. В то же время отмечается, что оно выражается в управлении не зарегистрированным в установленном порядке транспортным средством либо регистрация которого прекращена (аннулирована). Административной ответственности в данном случае подлежит водитель. Также в постановлении подчеркивается, что субъективная сторона состава правонарушения, предусмотренного указанной нормой, характеризуется как умышленной, так и неосторожной формой вины, установление которой обязательно при рассмотрении дела.

В п. 4 проекта были внесены поправки, касающиеся регистрационного знака. В постановлении отмечается, что видоизмененным является госномер, в который были внесены изменения, искажающие нанесенные на него символы либо один из них (например, путем заклеивания), либо способ установки которого препятствует его прочтению и идентификации (в частности, путем переворота пластины госзнака). Также из этого пункта было удалено указание, что к подложным относятся госномера, изготовленные неуполномоченными лицами.

В п. 5 разъяснена ответственность водителя за отсутствие полиса ОСАГО. Так, действия водителя квалифицируются по ч. 2 ст. 12.3 КоАП, если на момент проверки у него отсутствовал при себе полис, выданный на бланке. Непредъявление уполномоченному лицу электронного полиса не образует объективную сторону состава правонарушения.

Как указано в п. 6 постановления, установка на передней части ТС световых приборов с огнями красного цвета или красных световозвращающих приспособлений, а также световых приборов, цвет огней и режим работы которых не соответствуют требованиям Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностей должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, квалифицируется по ч. 1 ст. 12.4 КоАП.

Пленум ВС указал, что объективная сторона состава правонарушения может иметь место только в случае одновременного несоответствия цвета огней и режима работы приборов установленным требованиям. Несоответствие только цвета или режима может быть квалифицировано по ч. 1 ст. 12.5 КоАП.

В постановлении скорректировано, что под незаконной установкой опознавательного знака «Инвалид» понимается его размещение на ТС, которым управляет лицо, не являющееся инвалидом и не использующее его в момент выявления правонарушения для перевозки инвалидов или детей-инвалидов. Также разъяснена ответственность за незаконное нанесение на наружные поверхности ТС специальных цветографических схем автомобилей оперативных служб, в том числе сходных с ними до степени смешения.

Изменения были внесены и в п. 7. Так, в итоговом тексте постановления указано, что управление ТС, на передней части которого установлен бампер, не предусмотренный конструкцией, без разрешения уполномоченных органов (должностных лиц) квалифицируется по ч. 1 ст. 12.5 КоАП.

В п. 8 разъяснено, что управление ТС водителем, не имеющим прав (за исключением учебной езды), квалифицируется по ч. 1 ст. 12.7 КоАП, а лишенным прав – по ч. 2 данной статьи. Подчеркивается, что лишение водительских прав означает одновременное лишение права управления всеми транспортными средствами независимо от категории. Управление ТС водителем, лишенным прав и не выполнившим условий для их возврата после истечения срока наказания, квалифицируется по ч. 1 ст. 12.7 КоАП (п. 9).

В п. 10 постановления указано, что ответственность по ч. 3 ст. 12.7 КоАП наступает за передачу управления ТС лицу, заведомо не имеющему водительских прав (кроме учебной езды) или лишенному их. Следовательно, не подлежит квалификации по указанной норме передача управления лицу, действие прав которого временно ограничено в соответствии с законодательством об исполнительном производстве. Сам водитель в таком случае может быть привлечен к ответственности по ст. 17.17 КоАП.

Читать еще:  ВС решил, когда банки не могут передавать долги коллекторам

Управление ТС водителем в состоянии опьянения или передача управления лицу, находящемуся в таком состоянии, квалифицируются по ст. 12.8 КоАП, а невыполнение водителем требования о прохождении освидетельствования на состояние опьянения – по ст. 12.26 (п. 11). При наличии сомнений в законности акта освидетельствования судья должен проверить сведения о подготовке врача (за исключением психиатра-нарколога) либо фельдшера по вопросам проведения процедуры, а у медицинской организации – наличие лицензии на проведение освидетельствования.

В п. 12 указано, что правонарушения, предусмотренные ст. 12.8 и 12.26 КоАП, не могут быть отнесены к малозначительным, а виновники – освобождены от административной ответственности. Повторное совершение указанных правонарушений влечет уголовное наказание (п. 13).

В п. 14 разъясняется, что ответственность по ч. 2 ст. 12.17 КоАП наступает за непредоставление преимущества в движении специальному ТС. Из п. 15 проекта было удалено указание, что обгон тихоходов не может быть квалифицирован по ч. 4 ст. 12.15 КоАП, если в зоне действия дорожного знака, запрещающего обгон, имеется разметка 1.1 или 1.11. Несоблюдение водителем требований, предписанных дорожными знаками или разметкой, квалифицируется по ч. 1 ст. 12.16 КоАП (п. 16).

В п. 17 постановления указано, что нарушения правил остановки или стоянки транспортных средств квалифицируются по ч. 1 ст. 12.19 КоАП. В результате доработки указанного пункта подчеркивается, что в случае выявления такого нарушения, в том числе при фиксации автоматическими средствами, нарушитель может быть привлечен к ответственности однократно до пресечения противоправного действия (применения меры обеспечения в виде задержания ТС) либо до его добровольного прекращения.

Как отмечается в п. 18, при рассмотрении дел, предусмотренных ч. 1–6 ст. 12.21.1 КоАП, следует учитывать, что в зависимости от способа выявления правонарушения его субъектами являются либо водители, должностные лица, ответственные за перевозку, юрлица, индивидуальные предприниматели, либо только собственники (владельцы) тяжеловесных и (или) крупногабаритных ТС. Привлечение к ответственности указанного лица исключает привлечение за то же правонарушение собственника (владельца) ТС, не являющегося одним из перечисленных субъектов.

Как разъяснено в п. 19 постановления, водитель, нарушивший ПДД или правила эксплуатации ТС, не может одновременно являться лицом, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, и потерпевшим. Так, если в ДТП пострадал только водитель, его действия (бездействие) не подлежат квалификации по ст. 12.24 КоАП. Если при этом здоровью потерпевшего был причинен легкий либо средней тяжести вред, такие действия (бездействие) водителя могут квалифицироваться по ст. 12.12 или ч. 2 ст. 12.5 и по ч. 1 или 2 ст. 12.24 КоАП.

В п. 20 разъясняются вопросы ответственности за ДТП. Так, по ст. 12.27 КоАП привлекается водитель, причастный к аварии. Если участниками ДТП стали лица, управляющие велосипедом, возчики или другие лица, участвующие в дорожном движении и нарушившие ПДД, их действия (бездействие) могут быть квалифицированы по соответствующей части ст. 12.29, 12.30 Кодекса. По ч. 2 ст. 12.27 КоАП, как указано в данном пункте постановления после доработки, квалифицируется невозвращение водителя к месту ДТП, участником которого он являлся, после доставления им пострадавшего на своем ТС в лечебное учреждение.

При решении вопроса о том, образуют ли действия (бездействие) лица, связанные с допуском к управлению ТС водителя, не имеющего прав, состав правонарушения по ст. 12.32 КоАП, необходимо учитывать наличие умысла (п. 21 постановления).

Для правильной квалификации правонарушения, указал ВС в п. 22 постановления, следует исходить из того, что повторным является правонарушение, совершенное лицом, подвергнутым административному наказанию за однородное правонарушение, а также если признак повторности является элементом объективной стороны состава правонарушения. Судье следует иметь в виду, что лицо считается подвергнутым наказанию до истечения года со дня окончания исполнения постановления в полном объеме.

Кроме того, одной из гарантий обеспечения прав лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, является требование о применении мер обеспечения производства с участием понятых или с использованием видеозаписи (п. 23).

Военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, несут административную ответственность на общих основаниях (п. 24). Действия (бездействие) должностных лиц, связанные с применением мер обеспечения производства по делу (например, задержание ТС или его возврат после устранения причины задержания), которые не могут повлиять на вывод о виновности либо невиновности лица, но повлекшие нарушение прав и свобод участников производства по делу, могут быть обжалованы в порядке, предусмотренном КАС РФ (п. 25).

Фиксация правонарушений

Как разъясняется в п. 26 постановления, если правонарушение было зафиксировано с помощью технических средств, которые не работали в автоматическом режиме, либо с использованием телефона, видеокамеры или видеорегистратора, в отношении водителя выносится постановление либо составляется протокол на основании ч. 1 ст. 28.2, либо определение о возбуждении дела и проведении административного расследования в порядке ст. 28.7 КоАП. Полученные с использованием технических средств материалы могут быть приобщены к материалам дела в качестве доказательств.

В случае несогласия с вынесенным постановлением собственник ТС освобождается от ответственности, если будет подтверждено, что в момент фиксации правонарушения ТС находилось во владении или пользовании другого лица либо выбыло из обладания владельца в результате противоправных деяний других лиц (п. 27).

Нахождение в момент совершения нарушения правил движения тяжеловесного и (или) крупногабаритного ТС, принадлежащего собственнику (владельцу), во владении или в пользовании другого лица как основание освобождения собственника (владельца) от ответственности не распространяется на случаи управления ТС водителем по трудовому договору, заключенному между ним и собственником (владельцем) (п. 28).

В п. 29 постановления разъяснено, что конструктивные особенности прицепа и невозможность его самостоятельного передвижения без тягача не являются основаниями для освобождения владельца прицепа от ответственности.

При пересмотре постановления о назначении наказания за правонарушение, выявленное и зафиксированное автоматическими средствами, проверке подлежат доводы данного лица о невозможности прекращения им противоправных действий в связи с организацией движения на конкретном участке дороги (п. 30).

Особенности наказания в виде лишения прав

В п. 31 документа ВС отметил, что срок исполнения наказания в виде лишения прав, назначенного лицу, уже лишенному права управления ТС на основании постановления, начинает исчисляться не с момента его вступления в силу, а со дня, следующего за днем окончания срока наказания, примененного ранее (ч. 3 ст. 32.7 КоАП). В то же время необходимо учитывать, что сроки лишения прав и уголовного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью по управлению ТС исчисляются самостоятельно.

Наиболее масштабные изменения коснулись п. 32, который был разделен на два пункта.

Согласно разъяснениям, в резолютивной части постановления о назначении наказания в виде лишения прав должно быть указано соответствующее подразделение органа, уполномоченного исполнять такое наказание. Таковым, как правило, выступает подразделение, должностное лицо которого направило дело об административном правонарушении на рассмотрение судье, в том числе если постановление вынесено в отношении лица, проживающего за пределами РФ. В отношении лица, проживающего в России, исполнение постановления может быть возложено на подразделение уполномоченного органа по месту жительства (месту пребывания) нарушителя, в том числе в случае удовлетворения ходатайства о рассмотрении дела по месту его жительства.

При уклонении лица, лишенного прав, от сдачи соответствующего удостоверения срок их лишения прерывается. Течение прерванного срока продолжается со дня сдачи удостоверения либо его изъятия (в том числе если срок его действия истек), а равно со дня получения соответствующим подразделением заявления лица об утрате водительского удостоверения.

Вместе с тем, указал ВС, если лицо заявило об утрате водительских прав, при этом продолжило управлять ТС, что подтверждается фактом изъятия удостоверения, срок лишения прав считается прерванным, и продолжение исчисления его течения производится со дня изъятия документа.

В п. 33 отмечается, что постановление о назначении наказания в виде лишения прав должно быть направлено судьей в подразделение органа, на которое возложено его исполнение, с отметкой о дне вступления в законную силу, в течение трех суток с указанного дня, а в случае рассмотрения жалобы, протеста – со дня поступления соответствующего решения из суда.

В заключительном пункте указано, что в связи с принятием постановления п. 1–12.2 Постановления Пленума ВС от 24 октября 2006 г. № 18 не подлежат применению.

Как ранее отмечали адвокаты в комментариях «АГ», разъяснения высшей судебной инстанции отвечают на многие вопросы о квалификации правонарушений в области дорожного движения. В то же время, по мнению адвоката МКА «СЕД ЛЕКС» Валерии Аршиновой, с принятием постановления стоило повременить в связи с подготовкой проекта нового КоАП, принятие которого, с учетом указания Председателя Правительства РФ Дмитрия Медведева, ожидается скоро.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector